Это интересно



Корнеголовые





Найданова О.Г., зав. Музейным отделом Севастопольского морского Аквариума

Есть в современной фантастической литературе целое направление, суть которого сводится к вселению чужеродного организма в тело человека. Этот процесс обычно приводит к потере личности самого хозяина и полного подчинения паразиту, вплоть до окончательного зомбирования. В ряде произведений человек отчаянно борется за свое «я», сопротивляясь воле захватчика (правда, не всегда успешно). Такими поработителями в рассказах обычно выступают организмы инопланетного происхождения. Но сегодня я вас удивлю, потому как подобный захват и полное порабощение одного организма другим существует на нашей планете, и, более того, у нас буквально под носом, абсолютно во всех океанах и множестве пресных водоемов. Так что знакомство нам предстоит со сверхпаразитом, может, самым коварным на планете Земля.

Вспомним, что понимается под «паразитом» – если кратко, то это такой организм, который живет за счет другого живого организма. Многие из паразитических животных наносят ущерб здоровью хозяина и доставляют множество страданий; такие отношения могут и часто заканчиваются гибелью «принимающей стороны». Совсем другой подход у предмета нашего сегодняшнего изучения – он не только не желает гибели своего хозяина, но и создает в его сознании определенную иллюзию предельного «счастья». (Если помните фильм «Отроки во Вселенной», то там роботы-Вершители как раз и убеждали ребят, прилетевших с Земли: «Мы сделаем вас счастливыми!», правда, в телах землян они все-таки не поселялись).

Этот организм-паразит (а он у нас на планете представлен аж 120 видами!) относится к отряду паразитических членистоногих Корнеголовые  Rhizocephala (от rhiza - "корень» и cephale - "голова") подтипа Ракообразные (Crustacea). А паразитируют они не на ком-нибудь, а на своих же «соплеменниках» - в основном на десятиногих ракообразных, то есть на раках, крабах и креветках. Кстати, наши черноморские крабы не исключение – около 6% их заражены этими «поработителями».

Теперь самое время познакомиться с этими необычными организмами. Все, что вы помните о строении ракообразных (… тело разделено на головогрудь и брюшко, покрыто экзоскелетом – плотным хитиновым панцирем, имеют членистые конечности, дышат жабрами, имеют хорошо развитые органы чувств и так далее) можете забыть, потому что у корнеголовых этого (и много другого) совершенно НЕТ. А что же тогда есть?

Давайте проследим за преображением и взрослением юной и свободноплавающей личинки, недавно (буквально 3 – 4 линьки назад) появившейся на свет из яйца. Поплавав от пары дней до трех недель, она цепляется с помощью антенных выростов к брюшку или к ножкам краба. Тут необходимо сделать небольшое отступление, чтобы пояснить разницу в поведении самок и самцов «захватчиков».

У подавляющего количества видов корнеголовых раков личинки разных полов отличаются друг от друга размерами (личинки самцов значительно крупнее). Захват хозяина свойственен только самкам, в то время как самцы ищут десятиногого ракообразного, в теле которого УЖЕ находится самка, при том в половозрелом возрасте. Невероятно, но с помощью специального миниатюрного органа-«шприца» в тело самки впрыскивается крошечная капсула (трихогон, остаток от личинки-самца), несущая в себе «мужское начало». После этого действа самка фактически становится гермафродитом (как ученые и думали в начале изучения этих паразитических ракообразных) – то есть с этого момента в теле самки есть и женские, и мужские половые органы. Что же касается группы Agentrogonida, то у них все еще интересней – пол личинки определяется субстратом, на котором она оказалась: если окажется на незараженном хозяине, то будет самкой, а если осядет на «занятого», то будет мужского пола.

Далее паразита ждет целая череда превращений. Следующая линька оставляет юного захватчика без его конечностей и существенной части тела (правда, у него еще кое-что остается – например, его раковинка и глаз). После следующей линьки он лишается и этого: все, что от него остается – это маленькое тельце, схожее с мешочком, в котором находятся незрелые стволовые клетки (стадия кентрогона). Антенные выросты принимают форму коготка для проникновения в тело краба (как правило, внедрение в будущего хозяина происходит в районе жабр), внутри же этого крюка есть специальный канал для впрыскивания клеток. Последние по кровеносному руслу разносятся внутри тела краба и оседают на кишечнике.

Вот тут паразит начинает увеличиваться в размерах – сетью из отрастающих и удлиняющихся отростков тела опутываются все внутренности порабощенной особи (кишечник, половые железы, нервная систему, проникают и в мускулатуру). Пищу корнеголовые впитывают всей поверхностью тела из крови хозяина, туда же выделяются отходы их жизнедеятельности. При этом органы хозяина остаются в целости и сохранности. По прошествии примерно полугода у паразита, оплетшего множество внутренних органов, образуется мешкообразнай вырост, прорывающий плотный хитиновый покров краба. Теперь, уже снаружи тела, отросток растет около полутора месяцев, увеличиваясь в размерах с 2 до 12 миллиметров. При этом внутри него начинают функционировать половые железы. Таким образом, этап взросления личинки с момента прикрепления к хозяину и до половозрелости длится около 9 месяцев, до естественной же смерти паразита остается еще от двух до девяти лет.

Очень важно, что среди оплетенных сетью отростков паразита оказывается именно нервная система хозяина, потому как именно через нее он и зомбируется. Оставаясь полностью функционально здоровым, краб под воздействием гормонов и нейромедиаторов, вырабатываемых паразитическим организмом, спустя некоторое время превращается (сам того не ведая) в … производителя потомства коварного захватчика. Даже самцы чувствуют себя беременными самками (!), при этом получая химический «приказ» хорошо питаться и заботиться о будущем потомстве. Только вот незадача! Особи-хозяева вынашивают НЕ свою икру, а яйца корнеголового рака (правда, оставаясь в прекрасном неведении).

Дальнейшие действия паразита зависят от видовой принадлежности – некоторые остаются пожизненно с одним и тем же хозяином (например, Sacculina, или беломорский Peltogaster paguri, или дальневосточный Peltogasterella gracilis), даже когда он сбрасывает свои покровы после линьки, оставшаяся внутри сетеподобная часть «захватчика» отращивает новый мешкоподобный орган и продолжает здравствовать; другие (такие, как Rhizocephala) – покидают свой «дом» после откладывания яиц и отправляются на поиски новой жертвы; третьи (например, паразиты креветок Thompsonia) приобрели в ходе эволюции способность к почкованию – в таком случае из тела хозяина-креветки торчит множество «мешочков» многих (порой до тысячи) паразитов.

Описанные сверхпаразиты существуют на нашей планете очень давно. Пришли к нам корнеголовые ракообразные, согласно исследованиям палеонтологов, из далекого девона – четвертого геологического периода палеозойской эры геологической летописи Земли, то есть существуют они уже свыше 400 миллионов лет.

Ученые-биологи многих стран изучают этих невероятных паразитических ракообразных, открывая шаг за шагом завесу их тайн существования. Но есть еще целый ряд вопросов, на которые исследователи хотели бы получить ответы в ближайшее время. Один из них – как корнеголовым удается устранить при проникновении в нервный узел оболочку ганглия, да еще потом «заставить» нервные волокна хозяйской особи обволочь самого паразита? Когда будут изучены эти и подобные механизмы «подопытных» раков, появится надежда на возможность восстановления нервной ткани и в организме человека.

В конце повествования об удивительных корнеголовых ракообразных хочется добавить, что у них есть в подводном мире ближайшие родственники – мешкогрудые раки (Ascothoracida). Их анатомия и физиология очень схожи и лишь существенно отличаются выбором объекта «порабощения» – поселяются паразиты в морских звездах, офиурах и морских ежах (тип Иглокожие). Впервые «посчастливилось» увидеть необычного «сожителя» морской звезды русскому зоологу Николаю Вагнеру еще в конце XIX века, а вот определить природу паразитического организма и тонкости его организации выпала честь замечательному русскому биологу Николаю Книповичу. От него же паразит получил и свое имя – «мешкогрудый рак» или «дендрогастер» («живот, похожий на дерево»).

На сегодняшний день этих паразитов иглокожих животных известно около 25 видов, однако, с появлением в последнее время возможностей изучения глубоководных участков океана участились случаи обнаружения ранее неизвестных науке бионтов. Так, в конце 2018 года сотрудниками биологического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова при изучении проб, взятых с пятикилометровых глубин Курило-Камчатского желоба, были открыты еще 2 новых вида мешкогрудых раков-паразитов Ascothorax rybakovi и Cardiosaccus pedri (кстати, эти новые виды были названы именами выдающихся исследователей морских паразитических ракообразных А. Рыбакова и Pedro Martinez Arbizu).

Скорее всего, в ближайшие десятилетия мы еще не раз услышим о новых и необычных обитателях океана, найденных биологами-исследователями всего мира.

Вернуться к списку



Рус Eng